С самого начала нужно признаться, что проводить это интервью было очень сложно морально. Прошлая работа и бывшие отношения встретили меня в одно время в одном месте. Такой поворот событий стал настоящей пыткой. До этого я двое суток «жила» с «Alai Oli» в одной квартире. Именно столько времени понадобилось на подготовку к нашему интервью. Захожу в маленькую комнату с тусклым светом, где тусуется полный состав группы. На мне синие кеды, серая толстовка, разноцветные фенечки. Сажусь напротив Оли Маркес, она смотрит на меня огромными красивыми глазами, улыбается и говорит:

– А ты из наших?
– Из каких?
– Ну за какую команду болеешь?
– За свою собственную.
– Правильно, мы тоже на каждом концерте болеем только за свою команду.

Чувствую на себе огромное количество взглядов. Больше всего хочется перестать дрожать или просто провалиться под землю. Одна из главных трудностей – стараться не отвлекаться на всех, а раствориться только в своём собеседнике – Ольге Маркес.

Оля, как ты обычно справляешься с волнением?
Надо вспомнить, когда я последний раз волновалась. Обычно говорю об этом Кате (Менеджер «Alai Oli» – N.P.), и тогда она спрашивает: «Так, что нужно сделать? Может, ты хочешь чаю, Оля?». Переживала перед заездом на йогу, когда у меня было 60 учеников. Преподаватели идут к такому годами! Но я не боюсь признать своё волнение и проговорить какие-то страхи, прежде всего, друзьям. У нас есть культовый друг – ХЗ, он такой брутальный мужик и вообще не в теме йоги. Блин, говорю, ХЗ, я волнуюсь, столько учеников! Он отвечает: «Прикинь, у меня тёлка знакомая тоже йогой занимается, и спрашивает: “Ты чё, Олю Маркес знаешь? Вау, да она же такой крутой йог!”». И думаю, если так считают другие, почему бы мне самой не чувствовать себя так же? Так что я справляюсь с волнением, делясь этим с друзьями.

Я сейчас тоже надеюсь с ним справиться.
Давай обнимемся! Ещё обнимашки помогают.

Мы обнимаемся, а Оле передают трогательную записку на салфетке. Её автор ждал любимую группу возле клуба больше трёх часов! И ожидания оправдались: совместное фото сделано, объятия получены, главные слова сказаны.

Вообще тебе сложно побороть эмоции?
Не знаю, эмоциональна я или нет. Мне кажется, что я достаточно спокойный человек.

В одном интервью ты сказала, что достаточно импульсивна.
Не, меня сложно вывести из себя. Но если вывести, то я, скорее всего, врежу прежде, чем успею что-нибудь подумать (смеётся).

Что ты почувствовала, когда тобой активно начали интересоваться разные люди и говорить, что они поклонники «Alai Oli»?
Не знаю, я этого не ощущаю. Я сейчас сидела и думала, что мы всего лишь одна из групп андеграунда, которых дофига. И я себя не возвышаю над другими, ничего особенного нет. У меня какие-то замороженные эмоции по этому поводу. Мне говорят: «Твоя музыка зашибись», но я ничего не чувствую. Говорят: «Твоя музыка говно» – и я не расстраиваюсь, как бы. Когда читаю отзывы с наших семинаров по йоге, и чувак пишет: «О, спасибо, Оля, ты помогла мне отключить сознание, когда я тянул колено!», меня это трогает. А по поводу музыки не знаю… (улыбается).

В голове бушует море эмоций – не только от общения с любимым музыкантом, но и от того, что «Alai Oli» вытворяют на сцене. Поток звуков проходит через тебя, вызывая дрожь во всём теле. Сердце начинает биться чаще, разум затуманен, дыхание тяжёлое. Волна мелодий поднимает над землёй, ты закрываешь глаза и паришь в своём собственном мире, где играют невероятные песни, которыми наслаждаешься здесь и сейчас. Плевать, кто и что подумает: я от души танцую под «Грибок стопы», улыбаюсь до сведения челюстей под «Воруй-убивай регги», пою во всё горло «Зачем ты под чёрного легла?», ловлю слёзы на щеках от «Фриды» и «Дельфинов».

10 сентября вы презентовали клип на трек «Дельфины». Расскажи о создании этого видео.
Было три съёмочных дня. Вначале съёмки проходили на сцене «MOD» (Ночной клуб в Питере. – N.P.) перед нашим концертом. Помню, что очень устала, но мне не сложно петь эту песню, я всегда её проживаю. Вот здесь вот в лифчике (показывает) был вставлен айфон, из которого играл трек, слушала его, чтобы попадать в ритм. На сцене стояли я, оператор Алина Пязок, продюсер Карина Курганова и режиссёр Аня Кучерявая. Во второй день снимались с Денисом Киченко (Бас-гитарист группы «Stigmata». – N.P.). Это оказалось достаточно волнительным, потому что мы друзья, но не очень близкие. И ещё нужно целоваться с Катиным парнем, а она в то время сидела в машине и кусала локти, ногти (смеётся). Денис тайским боксом занимается, и когда по сценарию мы дрались, он мне – бац! – в губу, в ухо, защищался по инерции. Было сложно всё это снимать, бегать по полю, но Денис очень здорово сыграл, и в итоге получилось круто. Комната – типа мой внутренний мир, в ней очень комфортно. Мне сказали: «Просто делай то, что хочешь», и я заново проживала период, в котором написана песня «Дельфины». Поэтому для меня самый честный момент – когда я одна в комнате.

Но почему же, после массы положительных отзывов, ты писала в своём твиттере: «Я говно певица»?
Мы сейчас записывали вокал для нового альбома (Альбом «Колыбельные для Рудбоя» уже в сети. – N.P.), я спела один дубль, второй, десятый, сто пятидесятый, язык заплетается, ничего не получается. И думаю: нафига я этим занимаюсь? Меня это так раздражает, ненавижу петь! Я люблю стихи писать, на сцене с людьми общаться. А так, чисто вокальные «тру-ля-ля» выдавать в одну харю мне вообще не в кайф (смеётся). Чувствую себя глупо, особенно, когда не получается. У меня не очень хорошо с дикцией, голос не поставлен, поэтому тяжело. А когда тяжело, хочется выговориться и поделиться, что я говно певица (улыбается). Не говорю, что я в принципе говно, но певица я так себе.

И часто у тебя такое бывает? Когда кажется, что занимаешься не тем, чем нужно.
Когда просто физически устал или когда меня чё-то расстраивает. Но такое недолго длится, минут 5-10.

Оля, много ли разных образов ты примеряешь на себя в жизни и сложно ли при этом оставаться собой?
Слушай, на самом деле я только недавно поняла, что у меня есть два разных типа: хорошая девочка, когда, например, хожу в храм или общаюсь со своими друзьями. А потом эти же люди садятся ко мне в машину, я врубаю какую-нибудь рэпчину и такая: «Погнали, пацаны, блять, нахуй, давааай!». Они говорят: «Ты чё, ваще мужик!» (улыбается). У меня, наверное, женская и мужская составляющие. Женщиной быть сложно, но круто. Я этому учусь, в последнее время становлюсь более женственной, я это чувствую.

Как думаешь, кем ты была в прошлой жизни?
По-любому каким-то обеспеченным человеком. Потому что знаю, сколько бы ни было денег, они не дают свободы, счастья и в принципе это не так уж важно. Ещё, кажется, что я была мужиком. Наверное, педиком (смеётся). Потому что чувствую себя сейчас как мужик, но нравятся тоже мужики (улыбается). Не знаю, как всё это уживается во мне.

Как пережить предательство, но при этом остаться сильным человеком?
Ты должен понимать, что предательство – это не то, что человек хотел сделать с целью тебя обидеть. Иногда желания других людей и наши не совпадают, это нормально. И когда человек выбирает, кого предать – себя или тебя, логично, что он выберет. Хотя чаще всего он об этом даже не думает.

По призванию Ольга Маркес музыкант, по состоянию души – йог, по образованию – журналист. А журналист, осмелившийся взять интервью у журналиста, медленно, но верно пишет себе смертный приговор. И меня изрядно потряхивало от таких мыслей.

Что нужно для того, чтобы получилось качественное интервью?
Описывать не только вопросы, но и всё происходящее вокруг. Журналист должен быть романистом. Все интервью однообразны, потому что журналист «слепой», он не видит деталей. Нужно добавлять немного жизни, немного описания лично твоей картины мира, того, что происходит у тебя внутри, что предшествовало этому моменту, что после него последовало. Не только у нас в контексте, а вообще. В одном интервью можно рассказать целую жизнь.

Ты мне снилась в понедельник вместе с Катей.
С Катей? Вот с этой вот? Да, конечно, мы всегда вместе с ней. Что она делала? Она была с кукурузой?

Ты сказала, что позовёшь её на интервью, и она будет помогать тебе разбираться в сложных словах.
(всеобщий смех) Ты что, думала я настолько тупая?

Нет, это всё подсознание.
Или я типа упоролась героином, слюна капает, и Катя меня так за волосы дёргает: «Оля, она сказала слово “банан”». А что это значит? (смеётся).

Этот вечер перевернул моё сознание в профессиональном и человеческом смысле. Я даже рада всем свалившимся испытаниям. Они укрепили внутренний стержень и помогли в какой-то мере переступить через себя. В конце нашего разговора я подарила Ольге Маркес кожаный браслет: «Купила его вчера, носила сутки и наполняла своим добром, теплом и энергетикой этого города. На концерте он принесёт удачу, и в дальнейшем всё тоже будет круто! Браслет не чёрный, а цвета тёмного шоколада, но, думаю, тебе очень пойдёт». Было нереально приятно, что Оля выступала в нём и в Брянске, и на последующих концертах тура! Спасибо, «Alai Oli»! Вы заставляете сердце петь, а душу – чувствовать себя живой.

P.S. «Наташа ганджа не курит, но всё равно Наташа ебашит!»
13 сентября
н/к «Rock City Club» (Брянск)
Побывавшая в космосе Наталья Проконина
Моральная поддержка: Марина Киселёва
Фото с концерта: Ольга Цибульская
Остальные фото из архива Оли Маркес и Алины Пязок
Отдельное «спасибо» Кате Павловой

Источник:  http://n-prokonina.livejournal.com/984.html