Новый вариант реформы института несостоятельности внесен в Госдуму
В зависшей на несколько лет реформе банкротства наметился сдвиг: в Госдуму внесен новый законопроект, нацеленный на повышение шансов должника на реабилитацию. Среди предложений — введение механизма досудебной санации и процедуры реструктуризации долгов. Также меняются подходы к реализации крупных активов (стоимостью от 1 млрд руб.) на торгах. Эксперты полагают, что изменения могут привести к росту количества реабилитационных процедур, а изменения в части торгов считают хоть и правильными, но недостаточно эффективными — в силу небольшого охвата активов. Группа депутатов и сенаторов внесла в Госдуму проект изменений в закон о банкротстве, нацеленный на повышение шансов должников на восстановление платежеспособности. Фактически речь идет о новой попытке проведения реформы — первый масштабный законопроект, подготовленный Минэкономики для снижения ликвидационного уклона банкротства, «висит» в Госдуме с 2021 года. Работу над новым документом Минэкономики вело на протяжении прошлого года. Внесенный сейчас в Госдуму проект, по словам первого замглавы ведомства Максима Колесникова,— результат совместной работы с депутатами и деловыми объединениями. Сейчас, пояснил он, даже эффективные предприятия сталкиваются с долговой нагрузкой, которую не могут обслуживать в краткосрочной перспективе — у них есть потенциал для восстановления, но сейчас закон не предоставляет для этого работающих инструментов. Законопроект вводит механизм добанкротной санации — соглашений с кредиторами, которые предполагают, например, рассрочку долга, обязательство кредиторов воздержаться от исполнительных действий. Санация может быть адресной — соглашения с одним или несколькими, или комплексной — с кредиторами, не аффилированными с должником, на которых приходится в общей сложности более 50% требований. Комплексные соглашения будут обязательны даже для не участвующих в санации кредиторов — утверждать их будет суд при соблюдении ряда условий (например, кредиторы, не присоединившиеся к санации, должны получить не менее 10% от их требований). Предусмотрена и новая процедура — реструктуризация долгов. В этой части подход стал менее радикальным: в 2021 году предполагалось, что новая процедура заменит наблюдение, финоздоровление и внешнее управление (сейчас они сохраняются). Обратиться в суд с заявлением о введении реструктуризации могут как кредиторы, так и сам должник. Суд может одобрить процедуру и при наличии возражений кредиторов, если они не доказали, что должник пытается незаконно получить отсрочку для признания его банкротом, а экспертиза подтвердила возможность восстановления платежеспособности. Изменения подхода к продаже имущества банкрота оказались довольно точечными. Изначально предлагалось заменить «классическую» процедуру (дважды на повышение и затем на понижение, они часто признаются несостоявшимися) торгами-«качелями». Согласно проекту, «качели» предусмотрены лишь для активов стоимостью от 1 млрд руб. Лот будет трижды предлагаться по начальной цене, если никто не проявит интерес, торги пойдут на понижение — до первого предложения, после этого — на повышение. Если никто не повысит цену, победит тот, кто сделал первое предложение. Отдельный блок изменений касается арбитражных управляющих. Старший управляющий директор Сбербанка Евгений Акимов ожидает роста доли реабилитационных процедур в результате изменений. Управляющий партнер NOVATOR Legal Group Вячеслав Косаков полагает, что добанкротная санация будет востребована — обычно после введения наблюдения никто не хочет связываться с должником. Судебный контроль за комплексной санацией, добавляет партнер юрфирмы Orchards Азат Ахметов, исключает возможность провести процедуру вне суда во вред независимым кредиторам. По словам партнера юрфирмы «Сотби» Антона Красникова, оценить реалистичность предложений сейчас сложно: прошлые реабилитационные инструменты «трудно приживались». Арбитражный управляющий Павел Замалаев добавляет, что в реабилитации должны быть заинтересованы владельцы бизнеса, но эта задача находится в «другой плоскости». По его мнению, положительного эффекта все же стоит ожидать — появится еще один инструмент, который «кто-то точно захочет применить». Изменения в торгах, полагает Вячеслав Косаков, являются точечной корректировкой для крупных активов — изменения могут улучшить эффективность реализации имущества, но ожидать радикального ускорения не стоит. «Для полноценного эффекта нужны более широкие шаги»,— считает он. С этим соглашается и Павел Замалаев: «Идея правильная, но непонятно, почему принято решение исключить из-под ее действия 90% лотов». В текущей редакции, полагает он, изменения не дадут эффекта.
Какие еще изменения вошли в законопроект